markshat (markshat) wrote,
markshat
markshat

СВОБОДО/ЗАВИСИМОСТЬ

Привычные нам понятия легко превращаются в свои противоположности. И происходит это не потому, что кто-то их перевирает или мы допускаем фатальные погрешность в их интерпретации. А потому, что любой феномен по своей сути противоречив и характеризуется одновремнным присутствием в нем противоречащих друг другу и даже отрицающих друг друга качеств.

Причем эти качества отрицают друг друга и неспособны сосуществовать только в нашем восприятии, в нашей способности различать их. Феноменологически же они не только вполне совместимы, но и необходимо сопровождают друг друга.

Вот почему победы не бывает без поражения, а поражения без победы. Они всегда идут рука об руку хотя бы уже потому, что невозможно победить без каких-либо потерь. И любые даже самые минимальные потери победителя – это и есть победа проигравшего. Я уже не говорю о том, что даже великая победа над фашизмом совсем не уничтожила фашизма. Сегодня он едва ли не актуальней, чем победа над ним.

Свободы тоже не бывает без зависимости, а зависимости без свободы. Поэтому любого легко ввести в заблуждение или выбить из колеи. Если кто-то чувствует себя вполне свободным, ему легко доказать, что он все еще зависим от множества вещей, и его ложное чувство свободы – это всего лишь мещанское самодовольство. А если кто-то несвободен, убедить, что его угнетатель тоже несвободен и свободы вообще не существует.

И это правда. Свободы действительно не существует. Потому что для физического существа свобода всегда относительна и сопряжена с зависимостью. Именно физическими свойствами обеспечивается наша дееспособность, а значит и свобода. Но они же и ограничивают ее. По этой же самой причине полной и окончательной победы одержать тоже невозможно. Нас морочат и мы морочим себя сами с помощью абсолютизации этих относительных понятий. Абсолютизируя, мы отрываем их от реальности. И сами загоняем себя в создаваемые нами ловушки.

Забывая о непременной совместимости свободы и зависимости, искусственно отрывая их друг от дурга, мы рассуждаем о свободе и сами тут же опровергаем себя, неизменно находя многочисленные свидетельства неизбежно сопровождающей всю нашу жизнь неустранимой зависимости. Освобожджаясь от чего-то, что делало нас несвободными вчера, мы всегда обнаруживаем что-то, что делает нас несвободными сегодня.

Мы морочим себя прежде всего потому, что нет никакой свободы отдельно от зависимости и никакой зависисмости отдельно от свободы. Если что-то и есть, то только свободо/зависимость. И поэтому ни свобода, ни зависимость не могут быть для нас отдельными самостоятельными целями.

Свобода – это ложная цель. Бессмысленно добиваться свободы. Какую бы свободу мы ни получили, вместе с ней мы получим зависимость. Мы никогда не имеем дело и не можем иметь дело с чем-либо гомогенным. В окружающей и проницающей нас реальности нет ничего гомогенного. Все, с чем мы имеем дело, гетерогенно.

Поэтому все наши усилия добиться гомогенности напрасны и обречены на провал. Но как только мы ставим себе гетерогенные цели, мы тут же начинаем иметь дело с чем-то вполне достижимым и результативным.

Если мы ставим себе целью расширить возможности нашей свободо/зависимости, которую для удобства можно переименовать, скажем, в дееспособность, то тут же оказывается, что это вполне достижимая цель. Вся история человечества – это довольно успешная история повышения уровня его дееспособности.

С ростом дееспособности возрастает наша свобода. Но с ее же ростом одновременно возрастает наша зависимость. Мы многое можем и от многого зависим. Вот почему цивилизацию, которая так много нам дала, многие так охотно и с каким-то неизъяснимым мазохистским сладострастием проклинают именно за то, что она же сделала нас так от многого зависимыми.

Но те, кто проклинают цивилизацию и покидают ее, сталкиваются с тем, что, освободжаясь от связанной с ней зависимости, теряют и обеспечиваемую ею свободу. Они оказываются детерминированными более скудными условиями жизни. Их дееспособность деградирует. Но, одновременно, понижается уровень их беспокойства и депрессии.

Собственно, депрессия связана именно с дисбалансом свободо/зависисмости. Тот, кто находится в эпицентре цивилизации и начинает ощущать ее именно как зависимость, бежит от нее. А тот, кто находится на периферии цивилизации и тоже ощущает свою свободо/зависимость преимущественно как только зависимость, стремится к цивилизации.

Правда, оказавшись в эпицентре цивилизации и почувствовав не только блага ее свободы, но и груз ее зависимости, можно ощутить продолжительную ностальгию по облегченной свободо/зависимости вне цивилизации. В конечном итоге все решает, где мы себя чувствуем комфортнее. Кто-то предпочитает более высокий уровень свободо/зависимости внутри цивилизации, кто-то более низкий – вне нее. Но никому не под силу обрести только свободу или только зависимость.
Tags: производство реальности
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments