markshat (markshat) wrote,
markshat
markshat

СВЕРХНАУЧНАЯ НЕПРЕРЫВНОСТЬ

ivanov_petrov

ТЕОРИЯ ЛИТЕРАТУРЫ
Вести оттуда редко достигают... Слишком отдаленной является область, слишком много мифов, почти все, что удается услышать об этом - сказки у костра. Но вот был такой разговор:
http://ivanov-petrov.livejournal.com/1497941.html?thread=74078037#t74078037

clevernewt

В чем состоит суверенность языка и почему наука (какая?) ее отвергает?

chur72

Здесь очень много контекста и всякой контекстуальной семантики в словах "наука", "язык", "письмо", "литература" и т.д.
У Барта речь идёт не столько о науке, сколько о Науке - о буржуазном мифе научности).
Основная функция мифа - делать социальный порядок устойчивым, создавая иллюзию неизменности. Это достигается путём "порабощения" языка - его смысловое многообразие ограничивается внешними по отношению к языку идеологическими скрепами, превращает язык в т.н. "дискурс" - языковой аналог политического и социального порядка.
"Письмо" с т.з. направления, которому принадлежал Барт, - освобождает язык от этих скреп, смещает устойчивые коды, "деконструирует дискурс", делает его предметом игры и показывает его историческую и прочую относительность. Авангардистскую литературу Барт рассматривал в этом контексте. А поскольку с т.з. Барта основная задача семиотики - критика дискурса, он закономерно пришёл к выводу, что литература справляется с этой задачей лучше чем ориентированная на научность семиотика. Отсюда его проект переориентировать семиотику с науки на литературу (письмо).
Эти идеи были популярны во Франции в 70-80-е. По большей части там и остались (в 70-80-х)

markshat

Общеизвестно, литературоведение и лингвистика – две довольно отдаленные друг от друга исследовательские дисциплины. Лингвистика сосредоточена на конвенциональной области языка, социализированной и поддающейся причинно-следственному описанию. Те области языка, которые находятся на периферии конвенционального, просто классифицируются ею как таковые. На этом она останавливается. Поэтому лингвистика разворачивается, в первую очередь, в синхронии, любит исследовать синхронные срезы. А диахрония представляется ею как дискретные кадры киноленты, как компаративистика синхронных срезов различных лингвитически изолированных состояний.
Собственно наукой является именно лингвистика. В то время как литературоведение исследует дискурсы и тем самым вплотную приближается к границам конвенционального. «Раскадровка» литпроцесса здесь представляется довольно-таки сомнительной. Идеологически мотивированные дискурсы, из которых удобней всего составлять кадры киноленты литпроцесса, очень быстро теряют к себе интерес и выпадают из фокуса рассмотрения. И встает проблема рассмотрения самой природы диахронного как непрерывного, а не дискретного.
Хотя и в литературоведении есть субисследования, предметом которых является тот фактологическй аппарат, который сопровождает появление любого литературного произведения. Именно эти субисследования опять-таки могут претендовать на научность с большим правом, чем собственно теория литературы. Но теории литературы из них не построишь.
Вообще построение теории литературы как чего-то концептуального и потому дискретного, но предметом исследования которого является нечто неперывное и потому в принципе не поддающееся формализованно завершенному исследованию, до сих пор представляется сомнительным.
Поэтому постмодернистами была поставлена проблема самого дискурса теории литературы. Невозможность применения дискретного аппарата к чему-то принципиально непрерывному подтолкнула постмодернистов к тому, что описание непрырвного само должно носить характер непрерывного. Это передалось и философии. Дискурс исследуется при помощи дискурса. Причем этот метадискурс так же плохо поддается концептуализации, как и сам литертатурный текст. Мало того, он открыл шлюзы для всего находящего на границе конвенционального. Любой, владеющий этим дискурсом, выходит со своими частными концепциями, которые носят очевидно недолгосрочный характер. Они актуальны пока актуален породивший их дискурс. Таким образом изменилась сама природа конвенциональности. Если во времена Птоломея конвенциональная картина мира сохранялась тысячу лет, то в посмодернизме для признания чего-то конвенциональным достаточно времени, затраченного на прочтение той или иной работы того или иного автора.
То, что мы сегодня наблюдаем, это страх и неуверенность перед лицом такой конвенциональности. Разнобой мнений и точек зрения. Все это наводит на мысль, что устойчивым наш мир делают не признаваемые нами конвенции, а то, что является неконвенциональным или даже доконвенциональным. Т.е. эволюция, наследственность, врожденные инстинкты, интуиция. И, возможно, еще сверхконвенциональное, т.е. Бог, который сегодня ретировался из всех концепций Бога.

(продолжение следует...)
Tags: литпроизводство, производство реальности
Subscribe

  • ДЕМОТИВАТОР

    Трудно заставить себя голосовать хрен знает за кого. Причём и в партии власти, и в оппозиции, как системной, так и несистемной. Демократия хороша в…

  • «МЫСЛЬ ИЗРЕЧЁННАЯ ЕСТЬ ЛОЖЬ»

    Мысль - это фокусировка на чем-то, концентрация внимания. Размышление происходит на основе этой фокусировки. Слова - это всего лишь способ что-то из…

  • ДОСОЗНАТЕЛЬНЫЙ ИСТОЧНИК ВОСПРИНИМАЕМОГО

    Предположим человек «придумал», как называть одни и те же объекты или проявления реальности. Одни называют море «морем», а другие «сии». Но само…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments