markshat (markshat) wrote,
markshat
markshat

Сергей СТРОКАНЬ

З февраля, в 19.00, в Булгаковском доме
я буду читать стихи
с двумя своими товарищами –

Сергеем СТРОКАНЕМ
и
Николаем ПАЛЬЧЕВСКИМ

Сергей СТРОКАНЬ один из тех, кто участвовал в семинарах студии Кирилла Ковальджи в журнале «Юность», когда их еще посещали Алексей ПАРЩИКОВ, Иван ЖДАНОВ, Александр ЕРЕМЕНКО, Нина ИСКРЕНКО, Юрий АРАБОВ, чьи стихи бурно обсуждались, а сами они участвовали в обсуждении чужих. Уже тогда он обратил на себя внимания своими тяготеющими к метареализму стихами. Но затем Сергей надолго выбыл из литературной тусовки. Окончил ИСАА и получил работу в Шри Ланка. Он пропустил бурные годы «Клуба Поэзия» и вернулся в депрессивную постперестроечную Россию. И теперь ему приходится восстанавливать статус действующего поэта. Его знают намного хуже, чем многих деятельных, но гораздо менее содержательных авторов. И это несправедливо. Это не способствует поддержанию выскорого уровня версификации в отечественной поэзии. Сейчас во Франции выходит антология современной русской поэзии, в которую отобраны около ста авторов. Сергея ожидаемо в этом списке нет. Но когда я послал составителю – моей давней приятельнице – стихотворение Сергея, которое я размещу ниже, она пришла в восторг. Не знаю, способствовало ли это включению его в список авторов антологии. Не в этом дело. Дело в стихах. Мне остается предложить общему вниманию стихотворение Сергея, которое лично мне очень нравится, и призвать всех придти послушать его стихи.

Сергей СТРОКАНЬ



СУПЕРМАРКЕТ



Если пища мертва, то ее неприступны останки,

тронешь сэндвич холодный глазами – и ты уже сыт,

в перерезанном горле безжизненной белой буханки,

словно твердая кровь, застревает полоска сухой колбасы.



Узкогорлая ваза, в которой задушены тихо побеги восторга,

пересеянной влагой давно подавила восстанье слюны,

чтобы ты холодел у витрин продуктового морга,

подбирая покойника с желтою биркой цены.



Если эти хлеба рождены не божественным жестом,

и элитные вина не взмах над пустыней пролил,

то тебе не уйти от суфлера сферической жести,

от нелетного времени с тяжестью свинченных крыл.



Между спущенным облаком и нависающей карой господней,

затянувший удавку на горле земной пустоты,

супермаркет петляет, как длинный туннель к преисподней,

ты идешь по нему, ты совсем поседел и твой сэндвич остыл.



И, пожалуй, один лишь язык не утратил свободу,

только вздыбить его, если рот не закрыть на замок –

все равно, что с разбегу нырнуть в зеркала, а не в воду,

или с места рвануть – и себе наступить на шнурок.



Значит, будет пуста усыпальница в льдистом кристалле,

где когда-то зрел бунт, а сейчас безмятежно течет бытие…

То ли рожь, то ли ржа прикипают к заоблачной стали,

что, как черствую булку, разрезала горло твое.
Tags: литжЫзнь, персоналии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments