markshat (markshat) wrote,
markshat
markshat

Category:

ДОСКИ ОБЪЯВЛЕНИЙ

В университетской студии Игоря Волгина я прозанимался чуть больше года. После занятий студийцы шли разнокалиберными стихийно образующимися группками от Гумфака к станции метро «Университет», и в процессе этих шествий в неформальных разговорах знакомились друг с другом. Так мы подружились с Женей Бунимовичем. Он был старостой студии. Женя тогда жил в Чертаново, в четырёхкомнатной квартире родителей, куда он позвал меня к нему в гости. Помимо его родителей, его самого с женой и с сыном, там жил ещё его брат с женой и двумя детьми. Так что это была перенаселённая квартира с довольно подвижной атмосферой. Когда я приехал к нему в первый раз, его годовалый сын выполз из их комнаты мне навстречу на четвереньках и без штанов. Мы с Женей были одногодками. Но Женя не служил в армии. Он был записным отличником и сразу после школы поступил в Университет. И потому закончил его через год после того, когда я только начинал там учиться. Закончив Университет, он автоматически перестал быть старостой студии. И не без его участия Игорь Волгин назначил старостой меня. Вскоре должно было состояться занятие, посвященное моим написанным за год занятий в студии стихам и персонально мне как их автору. И я развесил на всех досках объявлений во всех университетских корпусах фотографическим способом изготовленные мной афиши, оповещавшие об этом примечательном для меня предстоящем событии. Я напечатал его на листе а4 с помощью пишущей машинки, сфотографировал и увеличил, насколько позволяла любительская аппаратура. При увеличении буквы слегка расплылись и обросли многочисленными зловещими мохнатыми отростками. Для пущей привлекательности, в надежде собрать на своё выступление как можно больше заинтересованных слушателей, я разместил рядом изготовленное таким же способом своё стихотворение, которое когда-то так впечатлило студию, что при его чтении стихли все перешёптывания и установилась мёртвая тишина. И вот текст этого стихотворение так напугал руководство Университета, что Волгина вызвали в партком и очень настоятельно посоветовали все развешанные мной объявления снять и мой вечер отменить. Это стихотворение начиналось с упоминания некоего «заговора слов» и «тайного общества знаков». И это в дни, когда в стране проходил очередной всесоюзный съезд партии. Так государство в лице администрации Университета предпочло держаться от меня подальше, когда я даже не думал приближаться к нему. Но меня это не очень расстроило. Покинувший университетскую студию Женя Бунимович позвал меня на другую, куда более интересную, ставшую впоследствии знаменитой в Москве, студию Кирилла Ковальджи в журнале «Юность», где Кирилл был завотделом критики. Пришлось проехаться по всем корпусам Университета и поснимать свои афиши. Какое-то время некоторые я хранил, но потом все они куда-то делись. Если и остался экземпляр, то у любящего собирать архив всё того же Жени, который попросил один отдать ему. Он несколько лет висел у него в кабинете на Патриарших прудах, куда он переехал из Чертаново в результате сложного размена квартиры его родителей и квартиры матери его жены. А через какое-то время после всей этой истории, на другой доске объявлений поменьше, на этаже филологического факультета, где я продолжал учиться, среди расписания занятий, сообщений о замене заболевших преподавателей и пропаже чьих-то вещей, я увидел совсем другое своё стихотворение, читавшееся мной уже на новой студии Ковальджи. Напечатанное на листе а4, оно было втиснуто прямо посредине доски. Надо сказать, это не совсем то, что увидеть своё стихотворение где-нибудь сейчас. Тогда пишущие машинки были далеко не у каждого. А мои стихи нигде не печатались. У меня самого могла быть одна-две копии. За раз можно было напечатать максимум три копии. Четвёртая практически не читалась. Чтоб напечатать ещё копий, надо было печатать всё стихотворение заново. Множительной аппаратуры не было. Поэтому никто не занимался тем, что печатал свои стихи и раздавал всем желающим. Это было трудоёмким занятием. Повесивший мои стихи на доску объявлений мог их только откуда-то переписать. Этому оставшимся мне неизвестным человеку захотелось поделиться моими стихами с другими. Это было удивительно. Для меня это стало наглядным воплощением надежды, что мои стихи способны жить своей жизнью. У начинающего много вещей случаются впервые в жизни. Это было первым моим стихотворением, обнаружившим способность жить своей жизнью.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • СУЩЕСТВОВАНИЕ СУЩЕСТВУЮЩЕГО

    Существующее не требует понимания. Оно существует независимо от того, понимаете вы это или нет. Понимаю это я или нет. Никакие критерии не обеспечат…

  • ГЛУПЕЕ БАНДЮКОВ

    Не нужно никаких критериев для определения существующего. Если вы можете не считаться с тем, что я считаю существующим, не считайтесь. Если оно само,…

  • ЗНАТЬ И СУЩЕСТВОВАТЬ

    Нет никакой проблемы определить существующее более или менее достоверное. Но знать его досконально - вот непреодолимая задача. Знать и существовать…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments